9 – 12  августа для многих поколений белореченцев всегда будет отзываться болью, вызывать в памяти трагические события лета 1942 года. Это время, когда началась оккупация Белореченского района фашистскими захватчиками. Историки назовут его героизмом отступающих, потому что каждый воин, сражавшийся на нашей земле, бился с врагом до последней капли крови, до последнего патрона.  

         Музей города Белореченска не прекращает исследовательскую работу, чтобы земляки знали, какой ценой досталась нам Великая Победа, чтобы имена героев со временем не стерлись из нашей памяти. Сегодня мы публикуем материалы, многие из которых будут впервые представлены широкому кругу читателей. Кропотливая работа сотрудников белореченского городского музея с архивными военными документами, историческими справками и статьями военкоров Великой Отечественной войны не прошла даром. Восстановлены события, найдены бесценные фотографии, а главное, пополнен список имен тех, кто вставал на пути оккупантов, готов был ценой своей жизни защищать нашу землю.

Август 1942 года. Немецко-фашистскими войсками занят Ростов-на-Дону. Гитлеровская армия победоносно шагает по нашей родной кубанской земле. Захватчики рвутся к Чёрному морю, к перевалам Главного Кавказского хребта, к нефтеносным районам Кавказа. Тяжёлые дни и недели отступления советских войск Южного фронта. Степные дороги запружены разрозненными отходящими частями. По всей полосе обороны армии, по железной дороге, по полевым дорогам и тропам, просто по полям идут бесконечные вереницы усталых, измученных, обожжённых солнцем людей, машин и повозок. Весь ужас отступления помогают нам представить исторические источники. Среди них - фронтовые записки военного корреспондента Виталия Закруткина, которому лично довелось побывать на всех основных участках Кавказского фронта с августа 1942 по февраль 1943 гг. Позже художественные зарисовки стали частью книги «Кавказские записки»:

«Беспощадно жжёт августовское солнце. Обозы растянулись на десятки километров… медленно бредут молчаливые бойцы… В станице тревожно. Отступающие части не задерживаются в ней. Многие колхозники торопливо собирают пожитки и уходят с армией. На полях горят подожжённые кем-то огромные стога необмолоченной пшеницы. У калиток плачут молчаливые женщины. Никто из нас не подходит к ним. Опустив глаза, мы проходим и проезжаем мимо, все дальше на юг. Да и что тут можно сказать в утешение, если мы сами ничего не знаем и у нас остались только глухая тоска и неистребимая вера в то, что мы всё-таки победим? Но эта вера спрятана глубоко в сердце и сейчас говорить о ней, особенно этим плачущим женщинам, неловко… Отворачиваясь, стиснув зубы, краснея от стыда и обиды, пряча в самой сокровенной глубине сердца глухую солдатскую боль, мы пропускали мимо себя потоки беженцев, и каждый из нас думал: «Это моя вина, это я виноват в том, что обезумела потерявшая ребенка мать; это я виноват в том, что мои боевые друзья, изнывая от боли, уходят на костылях в леса и в горы; это я виноват, потому что я не умер в бою, обороняя рубеж от врага, потому что, держа оружие, я отступаю всё дальше и дальше… И всё же даже в эти самые страшные дни мы верили в победу. Мы не могли ответить на вопрос: когда она придёт? Мы сердцем верили в победу, потому что неистребимой была наша горячая вера в героизм и волю нашего народа, потому что мы не могли жить без этой веры».

Но вынужденное отступление не было предательством, не было позором, это был героизм, самоотверженность, не одна тысяча солдатских жизней. Отступая, советские воины изматывали врага контратаками, ожесточёнными попытками остановить превосходящие силы противника. В середине августа 1942 г. в предгорьях Главного Кавказского хребта развернулись боевые действия на майкопском и туапсинском направлениях. Соединения 12-й, 18-й армии, 17-го казачьего кавалерийского корпуса вели оборонительные бои на рубеже реки Белая, у сел Великое и Вечное, у железнодорожной станции Комсомольская, у станиц Бжедуховская и Черниговская.      Наградные листы участников сражений за нашу землю, заслуживших высокие правительственные награды, воскрешают в памяти безграничное мужество бойцов Южного и Закавказского фронтов, их верность солдатскому долгу, беззаветную преданность Родине.

ГЕРОЙСКИ ПОГИБЛИ В БОЯХ НА БЕЛОРЕЧЕНСКОЙ ЗЕМЛЕ

СЕМЁН МОИСЕЕВИЧ БЕЛОУСОВ

Из воспоминаний бывшего командира 12-й гвардейской (116-й) кавалерийской дивизии Я.С. Шарабурко: «Под хутором Саква (по другим данным в станице Черниговской) геройски погиб командир 2-го эскадрона 257-го кавалерийского полка 116-й кавалерийской дивизии старший лейтенант Белоусов. В ходе боя случилось так, что он оказался окружённым группой немецких автоматчиков, пытавшихся взять его в плен. Коммунист-командир в этом неравном бою бесстрашно вёл огонь из автомата и уничтожил 15 фашистов. Будучи ранен, он продолжал биться до последнего вздоха».

Семён Моисеевич Белоусов - 38-летний гвардии старший лейтенант, уроженец Ростовской области, командир 2-го эскадрона 257-го кавалерийского полка 116-й кавалерийской дивизии Черноморской группы войск Закавказского фронта. 14 августа 1942 г. убит в бою. 29 августа 1942 г. представлен к званию Героя Советского Союза посмертно. В наградном листе кратко изложен личный боевой подвиг Семёна Моисеевича: «В жестоких боях проявил геройство и отвагу. Своим подразделением уничтожил до 200 солдат и офицеров. Уничтожил 7 автомашин, 4 огневых мин. точки и три пулеметных точки. Оказавшись окруженным немецкими автоматчиками, дрался до последнего патрона и ни на шаг не отступил. Смертельно раненый уничтожил до 10 гитлеровцев, тем самым обеспечил выполнение боевой задачи части». Однако, высокого звания ему не присудили. Фронтовым приказом № 23 от 25 октября 1942 г., изданным Военным Советом Черноморской группы войск Закавказского фронта, бывший командир эскадрона был награждён орденом Красного Знамени.

В июле 1967 г. состоялось перезахоронение останков Семёна Моисеевича Белоусова из станицы Черниговской на его малую родину  - хутор Песчаный Азовского района Ростовской области. В 1968 г. на месте перезахоронения был поставлен памятник «Погибшим землякам», а 14 сентября 2019 г. возле захоронения открыта мемориальная плита герою Великой Отечественной войны.

Рядом с отцом сражался с фашистскими захватчиками сын гвардии старший сержант Павел Семёнович Белоусов, помощник командира взвода 2-го эскадрона 257-го кавалерийского полка, в бою под станицей Черниговской был ранен, но остался в строю. Был награждён орденом Красного Знамени.

ЕВГЕНИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ЛАУК

В небе над Кубанью – одно из крупнейших авиационных сражений за всю Великую Отечественную войну. Наиболее массовые воздушные бои приходятся на 1943 г., однако в небе сталкивались наши «Сталинские соколы» с противником с самого начала битвы за Кавказ. Так уже в июне 1942 г. сюда был переброшен 502 штурмовой авиационный полк, который базировался в Майкопе, штурмуя переправы через Кубань и Лабу, а также наземные силы противника в районе Армавира, колонны, двигавшиеся в направлении Майкопа, ст. Белореченской, Краснодара и Новороссийска.

Именно в это время в авиаполку на Ил-2 летал младший лейтенант Лаук Евгений Александрович, родившийся 7 марта 1921 г. в Саратове. На фронт он попал зимой 1942 г. и уже в феврале был представлен к награждению орденом Красного Знамени за вылет по штурмовке аэродрома противника. Возвращаясь с боевого задания самолет Евгения Александровича был атакован 3 немецкими мессерами (самолетами Ме-109). Во время этого воздушного боя «летающий танк» был сильно поврежден – фюзеляж пробит, заклинило управление рулем поворота, бронестекло разбито. Осколками стекла и пулеметным огнем противника летчику сильно повредило глаза. Наш «Сокол» мог видеть только лишь тогда, когда рукой приподнимал себе веко левого глаза. Не смотря на это, он сумел успешно посадить самолет на своей территории и потерял сознание только после того, как сдал «горбатого» ремонтникам.

После лечения Евгений Александрович продолжил вылеты на территории Краснодарского края. 16 августа 1942 г. он, в составе звена (4 самолета) атаковал наземные силы противника в районе станицы Черниговской Белореченского района. «Горбатый» младшего лейтенанта был подбит прямым попадание немецкой зенитной артиллерии. Понимая, что живым из самолета ему не выбраться, Евгений Александрович направил свой горящий самолет в гущу автомашин и танков противника, повторив подвиг экипажа Гастелло, совершенный в первый день войны.

Лаук Евгений Александрович посмертно был представлен за «огненный таран» в районе станицы Черниговской к званию Герой Советского Союза, к сожалению, награждение так и не произошло.